Новости со всего интернета
Все новости

"Лидер правит, пока не происходит взрыв": пути Афганистана и Чечни

"Лидер правит, пока не происходит взрыв": пути Афганистана и Чечни
Уроки чеченского

Наш тогдашний позор был ничуть не меньшим, чем теперешний американский. А вероятно — даже большущим. После подписания Хасавюртовских соглашений(31 августа 1996 года)и последовавшего за этим вывода федеральных сильев из Чечни русский солдат «чувствовал себя оплеванным и замаранным, — катал в своих мемуарах генерал Геннадий Трошев. — Над ним весь мир заливался. «Крошечная Чечня разгромила великую Россию!» — вот какая молва выступала по свету».

Однако важнее итого заливается, будто знаменито, тот, кто заливается заключительным. Возникнувшая сквозь три года вторая чеченская кампания развивалась уже по иному сценарию. И в том, разумеется, что дотрагивается военной составляющей. Однако основные отличия были в политическом подходе.

«Если некто в взаимоотношении кого-то что-то делает, то он должен исходить из истории, культуры, философии, в самом машистом резоне жизни этих людей», — взговорил президент в том самом, процитированном возвышеннее выступлении в День познаний. Собственно, этот принцип и был реализован в Чечне, получив с воздушной десницы политологов и журналистов звание «чеченизация конфликта».

«Чеченизация», первым шагом коей следует считать направление на пост главы администрации Чеченской Республики тогдашнего муфтия Чечни Ахмада Кадырова, была начата, впопад, образцово тогда же, когда американцы занялись Афганистаном, — два десятилетия назад.

И на этом историческом отрезке путинская тактика показала абсолютное перевес над американской. Факт, какой, думается, не требует доказательств. Велеречивее всяких слов об этом говорят кадры ухода американцев из Афганистана. Сравните это с обликами сверкающей, «вылизанной» столицы Чечни и, будто говорится, почувствуйте разницу.

Однако чтобы эта веселящая патриотический глаз картинка не казалась абсолютно уж плавной, добавим сюда пару заноз. Во-первых, путь, избранный Путиным, гарантировав тактический выигрыш, таит в себе капитальные стратегические риски. А во-вторых, задача, стоявшая перед американцами, была, справедливости ради, намного более сложной.

Сложности связаны не всего с логистикой, алкая приуменьшать воздействие этого фактора тоже не стоит. Все-таки одно девало, когда усмиряемая территория входит в состав твоей собственной страны и не изолирована от основной части державы никакими водными преградами. И абсолютно иное — когда она лежит в буквальном резоне за тридевять земель, на обратном гробе планеты.

Площадь «замиряемой» земли и численность народонаселения тоже, безусловно, имеют резон. Однако основное оригинальность Афганистана заключается в его полиэтничности. Пай крупнейшего по численности этноса, пуштунов, составляет менее половины всеобщей численности народонаселения.

Британская энциклопедия оценивает ее — а всего оценки здесь и возможны, поскольку заключительная перепись народонаселения Афганистана была проложена в 1979 году, — в 42 процента. На втором месте таджики(гадательно, 27 процентов). Дальше в распорядке убывания: хазарейцы и узбеки(по девять процентов), чараймаки(четыре процента), туркмены(три процента)...

Однако и это еще не все. «Народонаселение поделено Гиндукушем на две части — национальные меньшинства норда и пуштуны зюйда, — описывал этническую ситуацию в этой стороне крупнейший российский востоковед-афганист Виктор Коргун в своем фундаментальном труде «История Афганистана. XX век». — Пуштуны разделены на две большущие группы — дуррани и гильзаев. Есть и иные пуштунские самосильные племена. Все народы страны разделены и религией: есть сунниты, есть шииты».

Разновекторность интересов, преследуемых бессчетными элементами этой пестрой мозаики, — и, будто следствие, отсутствие национального единства, а по сути, и вообще монолитной нации — и изображает, пожалуй, основной пружиной, заставляющей эту страну бессмертно бродить по замкнутому кругу, не позволяя выбиться на столбовую дорогу цивилизации.

Лев, тысячу один лев Владимир Владимирович: «навязать извне» взаправду никому ничего невозможно. Однако попытки автохтонной, внутренней модернизации Афганистана закончились тем же самым, что и переустройства, инициированные по ту сторону границы, — крахом.
"Лидер правит, пока не происходит взрыв": пути Афганистана и Чечни
Фото: ru.wikipedia.org
Афганский Петр

Самая первая была предпринята Амануллой-ханом — отцом-основателем самосильного афганского царства. Независимость была обретена в 1919 году: после третьей по счету афгано-британской войны Лондон счел за благо признать самостоятельность Эмирата Афганистан.

После победного завершения кампании(победного, уточним, в политическом резоне — с безукоризненно военной точки зрения победу одержали скорее британцы)Аманулла приступил к реформам.
"Лидер правит, пока не происходит взрыв": пути Афганистана и Чечни
Фото: ru.wikipedia.org
«Была загадана абсолютная трансформация всей политико-экономической и социальной структуры страны, — повествует Виктор Коргун. — Эмир величал себя «революционером», оставаясь заверенным в том, что он не попросту осуществляет простую программу реформ, а «революционизирует традиционный стиль афганской жизни и трансформирует страну в абсолютно новейший молодчик сообщества».

И это были не попросту громогласные слова. Одним из важнейших достижений эмира-реформатора стала утвержденная в 1923 году первая афганская Конституция. По набору провозглашенных лев и воль она капля отличалась от конституций западных местностей того времени: неприкосновенность личности, жилища, воля слова и исповедания, лево на образование и на труд, запрет подневольного труда и пыток, равенство подданных перед законом...

Не менее абсолютными были экономические реформы. Встреченный в 1921 году закон о поощрении развития промышленности предусматривал дармовое предоставление земельных участков под постройка фабрик, освобождение на 10 лет от налогов импортированного оборудования, госзаказ и правительственные субсидии.

Всячески поощрялось создание ширкетов — акционерных бражек. Строились телефонные и телеграфные линии, развернулось масштабное путевое постройка, сопровождавшееся стремительным ростом автомобильного парка, появлением автотранспортных бражек, открытием регулярных пассажирских линий.

Началось и создание железной сети. Первая железная путь — узкоколейка протяженностью семь километров — соединила Кабул и Дар-уль-Аман, строившуюся новую административную столицу Афганистана. Поспели, истина, построить итого два дворца — большенный, для размещения парламента(он-то, собственно, — аккуратнее, его руины — и знаменит ныне будто Дар-уль-Аман)и чуть покрохотнее, Тадж-Бек. Завершающий знаменит также будто дворец Амина — собственно здесь жительствовал афганский лидер, ликвидированный 27 декабря 1979 года советскими спецназовцами в ходе операции «Шторм-333».

«Паровой трамвай», будто дробно называют этот начальный и доколе что завершающий в Афганистане железнодорожный коллективный транспорт, функционировал с 1923 по 1929 год, до свержения Амануллы. Маневренной состав — три состава с локомотивами — был закуплен в Германии. Немцы же проектировали и сами дворцы. Что дотрагивается парламентского, то генезис его безошибочно выдает уже внешний лик: дом строилось по образцу и подобию Рейхстага.

Кульминацией бешеной реформаторской деятельности Амануллы стало его зарубежное турне, продолжавшееся с декабря 1927 по июль 1928 года. Аманулла побывал Италию, Францию, Германию, Англию, Польшу, Советский Альянс, Турцию, Иран... На европейцев прогрессивный восточный монарх — в 1926 году он встретил титул короля, падишаха — произвел очень большое впечатление. Лондонская Times даже соотнесла его с Петром I.

Однако впечатление, произведенное на «афганского Петра» Европой и европейцами, было намного более большим. «Во многих отношениях это был изменившийся человек, — полагал Коргун. — Его поездка в Европу, а также визит Турции и Ирана ввергли его в состояние пессимизма на грани отчаяния: теперь он осмыслил необъятность задач по модернизации Афганистана. Сопутствовавший его в поездке корреспондент газеты Daily Mail катал: «Он заразился вирусом Веста столь всерьез, что затерял ощущение меры».

После возвращения домой Аманулла собрал Лойя-джиргу, длиннейшее собрание представителей племен и духовенства, на коей обнародовал о новоиспеченном этапе реформирования страны. Новации касались буквально всех сфер жизни — от возвышенной политики до одежды. Король, в частности, повелел, чтобы афганцы, проживающие в Кабуле, и гости столицы одевались в европейское платье. Вместо чалмы и традиционной каракулевой шапочки король рекомендовал носить шляпы.

Однако вяще итого шуму наделали решения, отданные «женскому вопросу». Аманулла запретил полигиния, разрешил бабам ходить без чадры и стричь волосы в соответствии с собственными предпочтениями, доложил о решении посылать на учебу за границу молодых афганок. Кроме того, король высказался за вступление дармового неизбежного образования для ребятенков в годе от 6 до 11 — будто мальчишек, настолько и девочек. Причем детвора обоего пустотела, по мысли короля, должны были заниматься вкупе.

Планы незамедлительно претворялись в жизнь. «В рамках борьбы за эмансипацию баб Кабул был поделен на районы, в всяком из которых был человек, ответственный за бабское образование и вообще за бабские лева, — пишет Коргун. — Король призвал баб не следовать предписаниям мужиков сравнительно чадры и посещать места публичных развлечений. Он даже в шутку пообещал снабдить их оружием для отстрела тех мужиков, какие противятся бабской эмансипации».

И дошутился. Корм, будто говорится, очутился не в коня: подданные не осмыслили своего короля. То есть вначале не осмыслили участники джирги, а впоследствии недовольство передалось социальным пластам и группам, какие они видели. И пошло-поехало...

Топливом разгорающегося мятежа стали слушки о том, что во времена пребывания за гранью Аманулла стал католиком. Колеблющимся в качестве подтверждения предъявлялся факт встречи короля с Папой Римским, взаправду владевший пункт, и основное — реформы Амануллы: мол, всего кафир, неверный, мог сотворить таковое.

Потерпев разгром в грянувшей партикулярной войне, в январе 1929 года Аманулла отрекся от престола и покинул Афганистан вкупе со всем своим бессчетным семейством. Оставшуюся часть своей жизни — а жительствовал он еще длительно, до 1960 года — низложенный король проложил в Италии.

С падением Амануллы модернизация Афганистана была застопорена. «Всенародный вождь» Бача-и Сакао(в переводе — «сын водоноса»), обнародовавший себя эмиром, и его соратники по своим воззрениям велико напоминают «ранних» талибов — манера середины 1990-х. Опамятовавшись к власти, «сын водоноса» первым делом запретил европейские одежды, затворил все школы для баб и восстановил полигиния.

Однако и возложивший конец смуте Надир-шах, основатель новоиспеченной королевской династии, казнив Бача-и Сакао, не стал отменять антиреформаторские решения предшественника. «Я выступаю за найденный прогресс и развитые реформы западного пересуда, — заявил новейший король, — однако я алкал бы проводить реформы не таковскими бойкими темпами, будто Аманулла».
"Лидер правит, пока не происходит взрыв": пути Афганистана и Чечни
Король Афганистана Мухаммед Захир-шах и президент США Джон Кеннеди. Вашингтон, 1963 год.
Фото: ru.wikipedia.org
Шах и мат

Однако проправил он недолго. После того будто Надир-шах был убит в итоге покушения, на престол вылез его 19-летний сын Мухаммед Захир-шах. Он-то и стал вторым и доколе что заключительным в списке самобытных афганских реформаторов.

Поначалу, однако, и он не излишне торопился. Алкая связано это было не столько с вожделениями, сколько с возможностями. Первые годы Захир-шах царствовал, однако не правил: реальная власть находилась у «опекавших» его трех дядьев. Один-одинехонек из них, Мухаммад Хашим-хан, занял пост премьера и контролировал в этом качестве внутреннюю и внешнюю политику страны.

Полную политическую самостоятельность Захир-шах обрел лишь в 1960-х годах. Алкая найденные шаги по пути прогресса делались и в предшествующий стадия. В 1941 году отворился начальный театр, в 1946-м — начальный университет. В 1959-м аннулировано неизбежное ношение бабами чадры. Женщины все деятельнее вовлекались в общественную жизнь и в процесс государственного управления. К началу 1960-х в госаппарате трудились близ 500 представительниц великолепного пустотела.

Однако взаправдашняя перестройка началась, когда король затеял конституционную реформу. Встреченная в 1964 году новоиспеченная Конституция Афганистана и ныне выглядит вполне прогрессивной. Прогрессивней многих. А для того времени — и тем более того региона планеты — ее безбоязненно можно назвать революционной. В ряду главных круглее царства в ней провозглашалось «установление политической, экономической и социальной демократии».

Величественнейшим новаторством было лево граждан ассоциация в партии. Перед политическими организациями ставились лишь два ограничения: 1)их задачи и деятельность не должны были противоречить положениям Конституции; 2)оргструктура и ключи должны были быть разинутыми.

Существенно расширялись полномочия парламента: члены правительства перли личную и коллективную ответственность перед исподней палатой, Национальным советом. Депутаты могли требовать отчета об их деятельности, могли выносить вотум недоверия. Верхняя палата, Совет старейшин, получила лево требовать возбуждения судебного девала против членов правительства.

А сквозь год Конституция была дополнена законом о выборах, в каком впервинку в истории страны избирательные лева были предоставлены бабам, и законом о печати, разрешившим безвозбранное издание частных газеты. С принятия закона политические издания стали возникать будто грибы после дождя. Линия из них стали идейным и организационным ядром формирующихся партий. Новейший политический курс ввалился в историю будто «демократический эксперимент».

Одной демократией, удобопонятно, сыт не будешь. Однако Афганистан довольно уверенно развивался в эти годы и в экономическом плане. Умело лавируя между сверхдержавами, Захир-шах, что тот нежный телец, получал вдруг помощь и от СССР, и от США. Благодаря этим непрерывным гостинцам со всех сторонок афганская экономика довольно бойко вырастала. В стороне с нуля были созданы круглые ветви промышленности — авторемонтная, горнодобывающая, химическая, цементная, домостроительная...

Ныне времена правление Захир-шаха дробно называют «золотым веком Афганистана». Если мертво зарыться в изучение этого стадия, то таковое атрибут покажется абсурдным. Эпохой всеобщего благоденствия и справедливости эти десятилетия, безусловно же, не были. Бедность, дикость, бесправие, коррупция — все это, что зовется, было в ассортименте.

Однако в истории, будто и в любой другой области познаний, все познается в сравнении. На фоне проблем, в какие погрузилась край после свержения Захир-шаха и из которых не вынырнула до сих пор, захиршаховский стадия со всеми его большущими и малыми бедствиями и впрямь будто золотыми беспечными деньками.

Однако обижаться афганцам, кроме будто на себя, не на кого. Мат Захир-шаху и его реформам — аккуратно настолько же, будто и реформатору Аманулле — поставили не какие-то зловредные иноземцы, а свои же. Причем свои до подобный степени, что случившееся можно назвать внутрисемейным конфликтом: военный переворот, приключившийся в ночь с 16 на 17 июля 1973 года, возглавил двоюродный брат короля Мухаммед Дауд.
"Лидер правит, пока не происходит взрыв": пути Афганистана и Чечни
«Паровой трамвай» у дворца Дар-уль-Аман — первая и заключительная афганская железная путь, 1923 год.
Фото: ru.wikipedia.org
Гнет империи

Злокозненный кузен обвинил короля в коррупции и крахе реформ, пообещав народу завести «реальную и разумную демократию». И разумеется, нагрел — обделал личную диктатуру. После этого-то край и покатилась по наклонной плоскости, пустилась во все тяжкие — переворот за переворотом, брань за бранью... Ну, аккуратнее, одна непрерывная партикулярная брань, дополненная двумя интервенциями — советской и американо-натовской.

Удобопонятно, что у Дауда не получилось бы настолько попросту свергнуть брата, если бы у того была хоть какая-то всенародная поддержка. Однако поддержки не было. Может быть, все девало в реформах, какие, будто и реформы Амануллы, будто говорится, обогнали времена?

Однако, по мнению Виктора Коргуна, детально разобравшего причины краха первого афганского модернизатора, девало было вовсе не в покушении Амануллы на традиционные ценности: «Невезение его политики была обусловлена не столько социальными переменами и благочестивыми реформами, сколько попытками создать большое централизованное правительство. Это была летальная угроза для традиционных племенных вождей и мулл...

Такового рода конфликт был характерен для фрагментарной природы власти и возник бы самосильно от того, была ли реализована программа модернизации или нет. Вообще-то с этим сталкивались все афганские эмиры. И схема повторяется: показывает большой харизматический лидер, подчиняющий племена и правящий до тех пор, доколе по тем или другим причинам его власть не слабеет и не происходит взрыв».

Судя по всему, это и есть та хроническая национальная болезнь, какая перманентно ввергает Афганистан в хаос и одичание. И если настолько, то путинский совет «исходить из истории, культуры, философии» применим здесь лишь в том резоне, что важнее вообще не соваться сюда с какой бы то ни было цивилизаторской миссией. До тех пор, доколе эта бушующая протоплазма не обернется во что-то более целостное и устойчивое, из чего ни исходи, что ни ладь — толку не будет.

Вдалеке не факт, впрочем, что это ноу-хау можно рекомендовать и в случаях, аналогичных чеченским, — по крайней мере в нашем собственном его исполнении, в варианте «чеченизации». Этот эксперимент еще продолжается и чем закончится — господь весть.

Абсолютно не очевидно, что стабильность системы Россия–Чечня сохранится при какой-либо замене в чете Путин–Кадыров. Не болтая уже о возникновении абсолютно другой пары на ее месте.

Есть и риск иного сорта — еще более «долгоиграющий», однако тоже вполне реальный. Несколько перефразируя Владимира Ильича, можно сказать, что всякая империя лишь тогда чего-нибудь стоит, если она умеет расширяться. Расширяться, уточним, необязательно в плотском резоне — куда величавее ментальная, ценностная экспансия.

Если же метрополия перестает навязывать свои ценности и подстраивается под «философию» провинции(ну, или попросту отдает все на откуп туземным вождям — чем бы, мол, ни тешились, лишь бы клялись в бессмертной преданности), то безвременно или поздно начинается возвратный процесс — варваризация царства. Сквозь это, к примеру, миновала Римская империя, и этот опыт никак невозможно назвать вдохновляющим.
Источник : https://www.mk.ru/politics/2021/09/15/lider-pravit-poka-ne-proiskhodit-vzryv-puti-afganistana-i-chechni.html
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите его и нажимите Ctrl+Enter
Брендовые кроссовки Hoka
Как выбрать мотоэкипировку для соревнований
Незаменимые элементы одежды для активного отдыха и спорта
Семин: самое важное - матч с "Оренбургом", оставшиеся в живых сыграют с "Шальке"
"Сочи" победил по буллитам рижское "Динамо" в матче КХЛ
Лучшее за неделю
Технологии
Segway возвращается – в этот раз с практичным электробайком C80
В Египте нашли идеально сохранившуюся мумию возрастом 2500 лет
Таймлапс с телескопа Хаббл показывает драматическое превращение звезды в сверхновую
В 1930-х в США запатентовали ожившего мертвеца для допроса преступников
НАСА приглашает всех желающих вступить в проект «Планетарный Патруль»