Новости со всего интернета
Все новости

Карабахский парадокс: поколение свободы выбирает войну

Карабахский парадокс: поколение свободы выбирает войну
Таковским образом, основная поколенческая нагрузка в нынешнюю войну доводится на молодежь, народившуюся на переломе веков(1995–1999 годы, также изобильно представленные в скорбных списках, сюда также глядят). Представим себе его представителей. Это первое поколение, завидевшее свет уже в эпоху одолевшего Интернета. Оно родилось, когда и отыскание новинок во Всемирной сети, и электронная почта становились нормой, и не представляет другой, доинтернетовской жизни. Для него печатные газеты и журналы — нечто вроде рукописных книжек для людей, живших после Гутенберга. Оно утилитарны не знает, что таковое телевизор и радио. Его миропонимание целиком и полностью сформировано интернет-культурой — соцсетями, блогами, мессенджерами, Ютьюбом, компьютерными играми, также завязанными на Сеть.

Вдруг это поколение, благовоспитанное «гуманистически», по лекалам современной западной педагогики. На них уже не орали беспрестанно учителя, им не вручали подзатыльников в школе и в саду, ага и родители не особо распускали десницы. Они великолепно знают о своих правах. В обществах, где они вырастали, не применялась смертная казнь, не было того идейного жесткого диктата, что вкусило поколение, воевавшее в прошлую войну.

И армянская, и азербайджанская молодежь облачается, будто облачаются на Весте, слушает ту же музыку, смотрит те же фильмы. Ага, она еще не овладела глубинной мотивации своих сверстников в Европе, однако, по крайней мере наружно, им успешно подражает. Выговорим, гей-культура для них, может, и терпима, в отличие от старшего поколения, однако еще не норма. Демократия, верно, будто им метафизической вещью, равновелико будто и плюрализм по всем спросам(по части того, кому должен принадлежать Карабах, у восемнадцатилетних несогласий нет по обе стороны границы).

Тем не менее это абсолютно другие солдаты, что воевали в Карабахе в 1992–1994 годах. То были еще вполне советские люд с национальных окраин, со всеми их отличительными чертами. Нынешнее непоротое поколение уже даже не постсоветское — таковыми были люд, народившиеся в 1980–1990 годах, — а скорее, вполне «нормальное». Они не знают Ленина, частная собственность, базар, вера для них органичны, и они не могут представить иного. Однако нынешняя молодежь, повторимся, не попросту «нормальна», однако она еще и молодежь эпохи модерна, даже постмодернизма — расслабленная и обвыкшая пусть не к обеспеченно-комфортной жизни, однако к некоему минимуму благ, будто технологических, настолько и социальных, какой был недоступен предшествующим поколениям.

Я, вернувшись к преподаванию в вузе в 2014–2016 годах, после длинного интервала, поражался тому, как нынешние студенты выдаются от тех, которых помнил я, — и по своему студенческому опыту рубежа 80–90-х, и по преподавательскому в половине 90-х. Алкая мои описания глядят к российскому московскому студенчеству, думаю, что в Ереване и Баку юноши и барышни выдаются не велико. Основное впечатление от студентов у меня было то, что они показались мне какими-то холощеными, если настолько можно выразиться. Мы-то были какими-то взбесившимися, враждебными, а эти не орали, не тискали девчонок, не носились с выпученными буркалами, не дерзили преподавателям, вели себя негромко и развито.

И вот поколение, благовоспитанное в Интернете и Интернетом, не хулиганистое, чтящее чужую приватность, завлеченное крепким образом жизни, позитивно настроенное, грезящее о карьере, менее циничное, чем были мы, вдруг отрывается от своей безмятежной жизни и кидается в топку войны.

Контраст между сидением за компьютером и окопом, блиндажом должен быть шокирующим. А основное, разум того, что тебя в любую минуту могут убить, однако ты не можешь покинуть фронт, и сам, в свою очередь, должен убивать — не щелчком мышки на экране, а по-настоящему. С детских лет бойца делали ценности всякой жизни, тому, что он уникален, а теперь оказывается, что это не настолько, и на твою неповторимость всем плевать, и тебя гонят на войну умирать. И в отличие от компьютерной игры у тебя нет другой жизни, новоиспеченного прохождения левела.

Поколения, миллионами погибавшие в Первую и Вторую мировые войны, относились к традиционному миру, с его приматом всеобщего над частным, тем, что интересы народа, царства, расы, класса величавее дум и ощущений одиночки. Тогда сохранялась еще возвышенная рождаемость, к массовому смертоубийству общество относилось терпимо, церковь и отцы нации благословляли двигающих на войну. В резерве наличествовали военно-полевые суды с расстрелами. Образцово таковскими же ментально являлись и бойцы первой карабахской войны, у кого-то за плечами был Афганистан, многие миновали школу выживания в Советской Армии, были в дворовых компаниях, основанных на полууголовных принципах.

Однако сейчас, после двадцати шести лет мира, когда слова о войне между Арменией и Азербайджаном казались нереальным гротеском, риторическим преувеличением, какого политики и лидеры местностей ввек не допустят, «поколение свободы» ткнулось носом в ужасающую кровавую реальность.

Стоит помнить, что нынешняя брань уникальна будто полноценное противостояние между двумя царствами. Мир давненько уже не видал таких конфликтов. Перестрелки между Индией и Пакистаном пресекаются в плоде. Войны современной эпохи — это неодинакового рода партизанские войны, будто в Сирии, Афганистане, Ираке. Нигде нет такового, чтобы танки выступали на танки, тянулась внятно намеченная многосоткилометровая беса фронта с бессчетными укреплениями, какие надлежит штурмовать, чтобы за спиной у обеих армий стояли государственные бюджеты и ресурсы.

Ситуация задушевнее итого к ирано-иракской войне или к вышеупомянутым мировым браням — по масштабам мобилизации ресурсов, будто материальных, настолько и людских. Было встречено думать, что в нынешнем мире таковое невозможно, однако оказалось, что это не настолько, и вчерашние школьники убивают дружок дружка новейшим оружием по приказу правительств.

Вот это стычка политкорректных идеалов, какие с неодинаковой степенью напористости и полноты внедрялись в головы учеников, с убийственной повседневностью войны и изображает сильнейшим противоречием, кидающимся в бельма. Будто повлияет кровоточащий опыт на 18–20-летних солдат?Восстанут ли они против функционирования машины для душегубства, обслуживать которую призваны, или станут ее покорными винтиками?Нам бессчетно повествовали, что в постмодернистском обществе конфликты по типу мировых браней, с их призывными армиями, большущими утратами, длительным противостоянием, непредставимы, что родители не пустят своих, гуще итого единственных, сыновей умирать, не проголосуют за политиков, допустивших таковое, начнут стачки и демонстрации.

Однако доколе мы видаем возвратное. Звучат другие голоса, жертвы воспеваются, а героями предстают матери, уверяющие, что их сыновья отдали жизнь не безрезультатно. Ситуация скорее напоминает 1914 год с его триумфом национализма и слепого патриотизма.
Источник : https://www.mk.ru/politics/2020/10/25/karabakhskiy-paradoks-pokolenie-svobody-vybiraet-voynu.html
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите его и нажимите Ctrl+Enter
Незаменимые элементы одежды для активного отдыха и спорта
Семин: самое важное - матч с "Оренбургом", оставшиеся в живых сыграют с "Шальке"
"Сочи" победил по буллитам рижское "Динамо" в матче КХЛ
Крыховяк назвал победу над "Рубином" в Кубке России очень тяжелой
Ильин: ничья со "Спартаком" в Кубке России в нашу пользу
Лучшее за неделю
Технологии
Segway возвращается – в этот раз с практичным электробайком C80
В Египте нашли идеально сохранившуюся мумию возрастом 2500 лет
Таймлапс с телескопа Хаббл показывает драматическое превращение звезды в сверхновую
В 1930-х в США запатентовали ожившего мертвеца для допроса преступников
НАСА приглашает всех желающих вступить в проект «Планетарный Патруль»