Новости со всего интернета
Все новости

Особенности правовой политической борьбы: в чем связь легитимности власти и революции

Особенности правовой политической борьбы: в чем связь легитимности власти и революцииВетхое оружие советских диссидентов — «выполняйте собственную Конституцию!» — не ржавеет
сегодня в 16:07, просмотров: 304
Судья Конституционного суда Константин Арановский сделал громогласное заявление: «Российская Федерация не продолжает собою в праве, а заменяет на своей территории держава, беззаконно однажды созданное, что и обязывает ее почитаться с последствиями его деятельности, вводя политические репрессии». Сенсация в том, что образный юрист отказал в легитимности СССР. Ему ли одному?

Алексей Меринов. Свежие картинки в нашем инстаграм
Арановский пробудил вулкан политических страстей, вытребовав огонь на себя. Неудивительно. Однако предлагаю на времена отложить политические страсти в сторону и адресоваться к сути позиции конституционного судьи. Он ее изложил в особом воззрении к декабрьскому постановлению КС о возмещении жилья в Москве, какого лишились семьи трех заявительниц, народившихся вдали от столицы, в ходе советских репрессий. КС вынес постановление в их пользу. Арановский решение поддержал, его особое взгляд в том, что сама постановка спроса о возмещении причиненного ущерба означает, что российское держава принимает на себя вину царства советского, а это ложно. Он уверен: «Даже в условном юридическом резоне России нечего навлекать на свою государственную личность вину в советских репрессиях и замещать собою держава победоносного и павшего затем социализма».

Иными словами, с одной стороны, Арановский считает советское держава нелегитимным в принципе; с иной — он не считает РФ правопреемницей СССР. Логично. Однако, по-моему, весьма чувствительно.

Начну с правопреемства, однако не в железно юридическом, а в более конкретном преломлении, отталкиваясь от девала, какое рассмотрел КС. Мировая история свидетельствует: царства бывают криминальными. Отечественная история подтверждает: сталинские массовые репрессии — это государственное злодеяние. Однако если на этом поставить точку, все ограничится некой величавой, однако все-таки метафизической констатацией. Конкретные же злодеяния совершает не безликое держава, а люд, с именами и фамилиями, званиями и должностями, пусть с благословения царства, однако люд. В том числе предназначающиеся в карательных органах. А не считать ФСБ правопреемницей ЧК—ГПУ—НКВД—КГБ у меня попросту не получается. И я в этом аккуратно не сиротлив.

Не все мне ясно и с безукоризненно юридической палестиной позиции Арановского. Я, безусловно, отдален от того, чтобы дискутировать на этом поле с судьей Конституционного суда, однако вопрос у меня все-таки возникает.

В самой первой ввергнутой цитате Арановский говорит об СССР будто о «государстве, беззаконно однажды созданном». С этим я абсолютно согласен. Отдаленнее он говорит о незаконности «партийно-государственных властеобразований» будто таковых. Вот здесь будто один и сидит вопрос. Что большевики взяли власть, преступив законы Российской империи, безусловно. Что они разметали Учредительное собрание, и их власть до найденного момента беззаконна — также. Однако отдаленнее принимается Конституция, и будто бы она ни отличалась от реальности, это не что другое, будто узаконивание новоиспеченного порядка.

Арановский страхуется тем, что не считает упомянутые «партгосвластеобразования» «правопредшественниками конституционной государственной власти». Изящно. Однако запамятуем на минуту об СССР.

Будто же быть с иными царствами, безапеляционно изменившимися в ходе пережитых революций?Не бывает революций, не нарушивших орудовавшие законы. Любая революция создает свои новоиспеченные «властеобразования», однако если им отказать в праве быть «правопредшественниками» новоиспеченной конституционализации государственной власти, то или новоиспеченные царства навечно незаконны, что по меньшей мере диковинно, настолько будто революции есть в биографии очень многих царств, или остаются какие-то юридические лазейки для того, чтобы считать «вечно живыми» дореволюционные «властеобразования», что диковинно вдвойне.

Есть в Конституциях некоторых местностей и страховки от незаконности будущих революций. Вторая исправление к Конституции США знаменита прежде итого тем, что гарантирует гражданам лево на оружие, однако это вдалеке не все ее содержание. Резон в том, что в ней зафиксировано лево на вооруженное бунт в случае, если правительство топорно нарушит лева американцев и Конституцию.

Правоведение любит ребусы. Один-одинехонек из них в том, что в России есть «Арановские наоборот» — те, кто готов «доказать» наличность юридических оснований для того, чтобы считать СССР вполне себе живым, отлеживающимся, по-видимому, в Мавзолее. Зато РФ, по их мнению, беззаконна. Прежде итого вспоминают референдум 17 марта 1991 года, на каком, будто с блаженством напомнят ностальгирующие по Советскому Союзу, 76% участников проголосовало за сохранение СССР.

Однако, во-первых, референдум бойкотировался на территории трех прибалтийских республик, а также Армении, Грузии и Молдавии. А это значит, что на тот момент распад СССР уже фактически возник. Во-вторых, сама формулировка спроса, выброшенного на референдум, оставляла свободу десниц для всяческих маневров. Вопрос ставился настолько: «Почитаете ли вы необходимым сохранение Альянса Советских Социалистических Республик будто освеженной федерации равноправных суверенных республик, в коей будут в абсолютной мере гарантироваться лева и свободы человека любой национальности?» Можно сказать, что авторы формулировки фактически вели девало к образованию СНГ «как освеженной федерации равноправных суверенных республик», что, в абсолютном соответствии с референдумом 17 марта, и приключилось 8 декабря 1991 года в Беловежской Пуще.

Есть и подобный аргумент в пользу незаконности РФ: Россия преступила закон о выходе союзной республики из состава СССР. Еще бы!Однако это будто один подтверждает, что распад СССР — это не попросту геополитический феномен, а самая взаправдашняя революция. Будто революцией были и события октября 1917 года. И тогда, и тогда приключились коренные изменения в государственном устройстве страны, какие и зовутся революциями. Другое девало, что сами революции с ходом истории варьируются. В российской революции 1991–1992 годов нет ни класса-гегемона, ни вообще классовой борьбы в духе Великого Октября и «Истории КПСС». Однако не стоит искать и руководящую роль ЦРУ, никакие спецслужбы не смогли бы регулярно выводить на улицы и площади Москвы десятки и сотни тысяч полных надежд людей. Это была революция новоиспеченной эпохи. И шанс России на модернизацию, каким она, увы, настолько и не воспользовалась. Однако это, что зовется, иная история.

От лева мы уже перебежали к политике. Что закономерно. Алкая политика и лево — двойственный дуэт. Кто солист?Если послушать политиков, они безответно уступают первую скрипку праву, а сами век его держатся. Однако это слова, на деле все зачастую наоборот. Политики считают идеальной формулу: они будут делать то, что считают надобным, ссылаясь на национальные интересы будто они их понимают, а задача правоведов — постфактум доказать, что все сделано по закону. Получается не век. Правоведы превращаются тогда в пиарщиков. И не всего у Дональда Трампа. Что таковое возвращение или присоединение Крыма?Это реализованная политическая черта с очевидными нарушениями и международного лева, и российско-украинских соглашений, и украинского законодательства о проведении референдумов, это типический пример приоритета политики над левом.

Получается, лево осуждено подчиняться политикам?В какой-то мере собственно настолько и происходит, необычно на стремительных исторических виражах. Ага и в круглом лево формирует сама власть, а значит — политики. Однако лево не настолько беззащитно, будто может показаться. Оно умеет за себя постоять. Напишу странную на начальный взор фразу: не всего власть бедствует в правовом оформлении — само лево бедствует в легитимизации. Суть в том, что легитимность и соответствие орудующим законам — синонимы всего в узком резоне. В машистом резоне легитимна та власть, какая употребляет длительной поддержкой народа. А для этого система законов, которую в решающей степени формирует власть, должна поддерживаться, в том числе и на приватном уровне, большинством народонаселения. Отсюда в Конституции показывают положения, какие самой власти могут не излишне нравиться: независимость судебной системы, приоритет интересов личности перед интересами царства, устранение злополучного словечка «подряд» в сроках правления одного президента. Защита лева и состоит в отстаивании того, чтобы и эти его нормы претворялись в жизнь. Ветхое оружие советских диссидентов — «выполняйте собственную Конституцию!» — не ржавеет.

Однако и политики, те, что у власти, в долгу не остаются, они накопили изрядный опыт в том, чтобы выполнять букву Конституции, не излишне заботясь о ее духе. Это и есть политическая война на правовом поле. Примитивная истина в том, что чем абсолютнее и безоговорочнее будут реализованы демократические ценности, заложенные в российской Конституции, тем полноправнее будут граждане.
Источник : https://www.mk.ru/politics/2020/02/26/osobennosti-pravovoy-politicheskoy-borby-v-chem-svyaz-legitimnosti-vlasti-i-revolyuciya.html
Если вы заметили ошибку в тексте, выделите его и нажимите Ctrl+Enter
Незаменимые элементы одежды для активного отдыха и спорта
Семин: самое важное - матч с "Оренбургом", оставшиеся в живых сыграют с "Шальке"
"Сочи" победил по буллитам рижское "Динамо" в матче КХЛ
Крыховяк назвал победу над "Рубином" в Кубке России очень тяжелой
Ильин: ничья со "Спартаком" в Кубке России в нашу пользу
Лучшее за неделю
Технологии
Во фруктовой кожуре найдено вещество, которое помогает в лечении рассеянного склероза
Пандемия и карантин породили новый вид троллинга: зумбомбинг
Ультразвук поможет изучать древний и сложный индейский язык хуль-к-уми-нум
Топ-5 роботов, помогающих бороться с коронавирусом
Ядерные бомбы помогли впервые установить истинный возраст китовых акул